УСТАНОВКА МЕМОРИАЛЬНОЙ ДОСКИ РИММЕ ИВАНОВОЙ В ДОБРОСЛАВКЕ

В Первую мировую войну на Полесье погибла Римма Иванова, единственная в России женщина, награждённая военным орденом Святого Георгия 4-й степени. Отпевали юную сестру милосердия в Свято-Троицком храме деревни Доброславка, который хранит о ней память и поныне…

Весенним днем члены клуба «Поиск» установили памятную доску на фасаде Свято-Троицкого храма в деревне Доброславка. В этом храме 10 сентября (по старому стилю) 1915 года отпевали юную сестру милосердия 105 Оренбургского пехотного полка Римму Иванову, единственную в России женщину, награждённую военным орденом Святого Георгия 4-й степени, которая погибла в бою, подняв в атаку солдат, среди которых началась паника после гибели их командиров.

Вот что пишет  о ней В. Бондаренко в статье «Сестра милосердия» в журнале «Русский век» “, №7 2014 года:

«В 105-й Оренбургский полк, входивший в состав 27-й пехотной дивизии 31-го армейского корпуса, Римма Иванова прибыла в самом конце августа 1915 года. Тогда обстановка на полесском участке только что созданного Западного фронта в целом складывалась благоприятно для русской армии. Наступление немцев вглубь Белоруссии начало выдыхаться, наша армия то и дело контратаковала, навязывая врагу встречные бои. Не раз бывало так, что освобожденную деревню немцы тут же отбивали назад — с тем, чтобы через несколько часов снова бежать оттуда. Сводки с театра военных действий, публиковавшиеся в журнале «Разведчик», скупо сообщали:

«4 сентября. Передовые части противника, наступавшие между Ясельдой и Припятью, появились в районе правого берега нижней Ясельды и гор. Пинска.

5 сентября. В районе южной части Огинского канала была отбита атака германцев в селе Соколовка, в штыковом бою большая часть германцев была переколота. Село Логишин, в этом же районе, занято противником».

Жарким на Западном фронте выдался и день 8 сентября. На Полесье восточнее Огинского канала русские войска освободили от оккупантов села Речки и Лыща, причем были взяты пленные и захвачены несколько пулеметов. Отличился и 105-й пехотный Оренбургский полк. В этот день Римма отправила матери очередное письмо от своего имени и от имени брата. Это была совсем короткая весточка: «Чувствуем себя хорошо! Сейчас спокойно. Не беспокойтесь, мои родные, Целуем. Римма. 8. IX. 15».

Следующий день, 9 сентября 1915 года, 105-й Оренбургский полк встретил на окраине деревни Мокрая Дуброва, расположенной в Пинском уезде Минской губернии (ныне Пинский район Брестской области Беларуси). Погода была сырой и прохладной, зарядил дождь. С раннего утра немцы начали сильный артиллерийский обстрел позиций оренбуржцев, в полковой лазарет один за другим начали поступать раненые. Римма не покладая рук перевязывала солдат. Брат умолял ее уйти с линии огня, но она не слушала. А может быть, и не слышала — было не до того. Ее 10-я рота готовилась перейти в контратаку.

В тумане, под настырной моросью по сигналу командира роты цепь солдат поднялась из окопов. Римма, как и полагалось сестре милосердия во время боя, находилась в цепи, чтобы в случае необходимости оказать помощь раненым.

И тут произошло непредвиденное. Рота нарвалась на самую настоящую засаду — несколько хорошо замаскированных станковых «максимов». Первыми рухнули под пулеметными очередями шедшие впереди два офицера 10-й роты. Потом упал под пулями один солдат, другой, третий… Остальные, оставшись без командиров, начали растерянно оглядываться. Еще минута, и атака захлебнется. А немцы хладнокровно расстреляют роту в упор…

И тогда впереди поредевшей русской цепи показалась маленькая фигурка в сером холстинном платье с красным крестом на переднике.

— Братцы, за мной!..

Это было так неожиданно, что солдаты растерялись. А когда поняли, что на вражеские окопы бежит их любимая медсестра, рванули за ней в штыки с громовым «ура!». В атаку пошли даже тяжелораненые. Пулеметный огонь по-прежнему косил роту, но воодушевление оренбуржцев было так велико, что вражеская позиция под Мокрой Дубровой оказалась захваченной через полминуты. Но никто в 105-м Оренбургском полку не радовался этой победе. В ходе боя Римма была смертельно ранена разрывной пулей в бедро… Ее последними словами стали «Господи, спаси Россию».

Весь полк оплакивал гибель своей любимицы. Больше всех горевал, конечно, ее брат Владимир, винивший в смерти сестры себя. В журнале боевых действий полка появилась запись: «В бою 9 сентября Римме Ивановой пришлось заменить офицера и увлечь за собой храбростью солдат. Все это произошло так просто, как умирают наши герои». 10 сентября павшую героиню отпевали в храме Святой Троицы села Доброславка, что в семи верстах от места, где погибла Римма.

Именно тогда, после отпевания, офицеры и нижние чины 105-го Оренбургского полка, потрясенные гибелью Риммы, приняли общее решение — просить Георгиевскую думу Западного фронта представить медсестру-героиню посмертно к ордену Святого Георгия 4-й степени. Эту просьбу поддержало командование дивизии. Командир 31-го армейского корпуса генерал от артиллерии П.И. Мищенко также высказался «за», прислав на имя Владимира Иванова телеграмму: «Покойной доблестной сестре Римме Ивановой при отправлении тела воздайте воинские почести. Почту долгом ходатайствовать о награждении памяти ее орденом Святого Георгия 4-й степени и зачислении в список 10-й роты 105-го полка». Но командиры дивизионного и корпусного уровня сами решить такой вопрос не могли. Ведь за всю историю страны, как мы помним, георгиевским кавалером была только одна женщина — основательница ордена Екатерина II. Как же отреагирует император?..

Ситуация была тем более щекотливой, что орден предназначался для награждения только офицеров и генералов, а Римма вообще не имела никакого воинского звания или чина. Кроме того, женщины в русской армии во время Первой мировой уже успели совершить далеко не одно героическое деяние. Так, фельдшер-доброволец Елена Цебржинская с риском для жизни корректировала артиллерийский огонь, а Кира Башкирова, Клавдия Богачева и Людмила Черноусова отличились во время разведки. И все они получили за это солдатские награды — Георгиевские кресты разных степеней. Сестра милосердия Антонина Палышина и младший унтер-офицер 3-го Курземского Латышского стрелкового полка Лина Чанка-Фрейденфелде были удостоены этой награды дважды, а казачка Мария Смирнова и сестра милосердия Надежда Плаксина — трижды. Да что там — даже самая знаменитая русская женщина-воин, легендарная кавалерист-девица Надежда Дурова, и та была награждена только «солдатским Георгием», точнее, Знаком отличия Военного ордена № 5723… По всей видимости, мы никогда не узнаем мотивов, по которым Николай II согласился с предложением фронтовой Георгиевской думы и утвердил указ о посмертном награждении Риммы Ивановой орденом Святого Георгия 4-й степени. Но факт остается фактом — это произошло 17 сентября 1915 года… А 20 сентября страшная весть о гибели Риммы достигла Ставрополя».

С предложением увековечения памяти Риммы Ивановой установкой памятной доски на фасаде Свято-Троицкого храме мы обратились в Пинский райисполком. На что получили одобрение. От архиепископа Пинского и Лунинецкого Стефана получили благословение. Отец Геннадий, настоятель храма, принял непосредственное участие в нашем деле. Гранитную доску изготовила фирма «Белосанна» (директор Шальпук П.П.).

Студенты Минского института правоведения решили увековечить память ставропольской девы в деревне Мокрая Дубрава, установив памятный знак в деревне, вблизи которой погибла.

Они изготовили постамент, а средства на гранитную плиту — общественные. Подключились БРСМ, «Белая Русь» и местный историко–патриотический клуб «Поиск», который занимался установкой памятника, дополнив его фотографией, металлическими столбиками с цепями, выложив дорожку к нему плиткой.

 

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *